Уважаемый Михаил!
По приложенным сторис у Вашей супруги, на мой взгляд, есть несколько самостоятельных оснований для защиты. Наиболее сильным я бы считала не только спор о чести и достоинстве, но прежде всего вопрос о неправомерном использовании ее изображения.
По общему правилу обнародование и дальнейшее использование изображения гражданина допускается только с его согласия — ст. 152.1 ГК РФ. С доводом о том, что согласие не требуется лишь потому, что видео снято в фитнес-студии, я бы не согласилась.
В п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 прямо разъяснено: изображение, полученное при съемке в месте, открытом для свободного посещения, может использоваться без согласия, за исключением случая, когда изображение гражданина является основным объектом использования. Там же приведен обратный пример: человек не является основным объектом, если фотография в целом показывает публичное мероприятие, а конкретный гражданин лишь попал в кадр. Здесь, как мне представляется, ситуация иная: в сторис Ваша супруга фактически является центральным объектом видеоряда, а размещенный текст относится непосредственно к ней. Поэтому ссылка на «общедоступное место» сама по себе студию не защищает.
Кроме того, в п. 47 Постановления Пленума ВС РФ № 25 разъяснено, что согласие на использование изображения может определять срок, способ и иные пределы его использования. Если же согласие было дано устно либо следовало из поведения гражданина, оно распространяется только на тот объем и те цели использования, которые следовали из конкретной обстановки. Поэтому даже если Ваша супруга когда-либо соглашалась сниматься для рекламы или социальных сетей фитнес-студии, это еще не означает согласия на использование ее видео после возникновения конфликта в публикации с уничижительным подтекстом.
Дополнительно п. 48 этого же Постановления возлагает на изображенного гражданина обязанность доказать сам факт использования изображения, но правомерность такого использования должен доказывать тот, кто его использовал. А согласно п. 49 Постановления № 25, ранее данное согласие на использование изображения может быть отозвано в любое время.
Отдельное основание — содержание самой публикации. Фраза о том, что Ваша супруга якобы «не в первый раз» уходит с клиентами с предыдущего места работы, может быть воспринята как сообщение о конкретном факте, который допускает проверку на соответствие действительности. Если таких обстоятельств не было, возможно требование об опровержении по ст. 152 ГК РФ.
Пункт 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 № 3 устанавливает три обстоятельства, необходимые для защиты по ст. 152 ГК РФ: распространение сведений, их порочащий характер и несоответствие действительности. В этом же пункте прямо указано, что распространением признается в том числе размещение информации в сети Интернет, а порочащими могут быть сведения о нечестном поступке, неэтичном поведении, недобросовестности, нарушении деловой этики и т. п.
Бремя доказывания распределяется в соответствии с п. 9 Постановления Пленума ВС РФ № 3: Ваша супруга должна доказать факт распространения и порочащий характер сведений, а лицо, распространившее их, — соответствие этих сведений действительности. Поэтому скриншоты и иные доказательства уже удаленных сторис имеют существенное значение.
Что касается изображения крысы и выражения «сородичи», здесь правовая квалификация несколько иная. Это может быть не утверждением о конкретном факте, а оценочным суждением, выраженным в унизительной форме. Пункт 6 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 16.03.2016, прямо предусматривает, что оценочные суждения обычно не оспариваются по ст. 152 ГК РФ, если только они не носят оскорбительный характер. А согласно п. 5 этого Обзора, для определения характера информации и ее восприятия суд при необходимости может назначить лингвистическую экспертизу либо привлечь специалиста.
Одновременно можно ставить вопрос об административной ответственности за оскорбление. Согласно ч. 2 ст. 5.61 КоАП РФ, отдельная ответственность предусмотрена за оскорбление, совершенное публично с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, включая Интернет. Сочетание видеозаписи конкретного человека с изображением крысы и выражением «сородичи», на мой взгляд, дает основания как минимум обратиться в прокуратуру с заявлением для правовой оценки публикации.
Причем гражданско-правовая и административная защита друг друга не исключают. В п. 20 Обзора Верховного Суда от 16.03.2016 прямо указано, что привлечение лица к ответственности по ст. 5.61 КоАП РФ не освобождает его от обязанности компенсировать моральный вред по ст. 151 ГК РФ.
Дополнительно может быть поставлен вопрос о персональных данных. Если видеозапись позволяет идентифицировать Вашу супругу и размещена организацией для неопределенного круга лиц, следует проверить, имелось ли надлежащее основание для такого распространения. По ч. 1 ст. 10.1 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ согласие на обработку персональных данных, разрешенных для распространения, оформляется отдельно от иных согласий. При этом по ч. 2 этой же статьи обязанность доказать законность последующего распространения данных, ранее раскрытых неопределенному кругу лиц без такого согласия, лежит на лице, которое их распространяет. Поэтому обращение в Роскомнадзор также возможно, хотя в данном споре я бы все же считала основными ст. 152 и 152.1 ГК РФ.
Что касается поведения Вашей супруги, из приведенных обстоятельств нарушения с ее стороны я не усматриваю. Сообщение клиентам достоверной информации о том, что с определенной даты она прекращает работать в студии, само по себе не является противоправным. Решение работодателя продолжать продавать абонементы на занятия конкретного тренера, уже зная о предстоящем увольнении, не создает для работника обязанности скрывать факт своего ухода.
Ваш визит к руководителю также сам по себе правонарушением не является, если не было угроз, оскорблений, повреждения имущества или иных противоправных действий. Но дальше я бы рекомендовала отказаться от личных разбирательств и перевести ситуацию исключительно в письменную правовую плоскость.
Алгоритм действий: Шаг 1. Максимально сохранить доказательства: исходные скриншоты, записи экрана, сведения об аккаунте, дату и время публикации, переписку, сообщения подписчиков, которые видели сторис. Если публикация или ее часть еще доступна, можно зафиксировать ее нотариально.
Шаг 2. Направить письменную претензию владельцу фитнес-студии и, при необходимости, непосредственно лицу, разместившему публикацию. Потребовать прекратить дальнейшее использование изображения, не размещать материалы повторно, опровергнуть конкретные недостоверные сведения и при необходимости компенсировать причиненный моральный вред.
Шаг 3. Обратиться в прокуратуру с заявлением о проверке публикации на наличие состава административного правонарушения по ч. 2 ст. 5.61 КоАП РФ, отдельно указав на сочетание изображения Вашей супруги с изображением крысы и выражением «сородичи».
Шаг 4. При наличии оснований обратиться в Роскомнадзор по вопросу распространения персональных данных без надлежащего правового основания.
Шаг 5. При отсутствии добровольного урегулирования обратиться в суд. В зависимости от окончательной правовой квалификации можно заявлять требования по ст. 152 и 152.1 ГК РФ: об удалении и запрете дальнейшего распространения изображения, опровержении недостоверных порочащих сведений и компенсации морального вреда. Вопрос о том, кто должен быть ответчиком — организация, руководитель либо оба лица, — нужно решать после установления владельца аккаунта и лица, разместившего публикацию.
Что касается требования именно принести извинения, здесь есть важный нюанс. В п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 № 3 прямо указано, что извинение законом не предусмотрено как самостоятельный способ судебной защиты, поэтому суд не вправе обязать ответчика извиниться. Однако в том же пункте указано, что обязанность принести извинения стороны вправе добровольно предусмотреть в мировом соглашении.
Вывод
На мой взгляд, у Вашей супруги имеется правовая позиция для защиты. Я бы строила ее сразу по нескольким направлениям: использование изображения без надлежащего согласия — ст. 152.1 ГК РФ и пп. 45, 47–49 Постановления Пленума ВС РФ № 25; распространение недостоверных порочащих сведений — ст. 152 ГК РФ и пп. 7, 9 Постановления Пленума ВС РФ № 3; возможное публичное оскорбление — ч. 2 ст. 5.61 КоАП РФ и пп. 6, 20 Обзора Президиума ВС РФ от 16.03.2016.
При этом довод о том, что видео можно было свободно использовать исключительно потому, что оно снято в фитнес-студии, представляется слабым: применительно к представленным сторис есть весомые основания утверждать, что именно Ваша супруга является основным объектом использования изображения в смысле п. 45 Постановления Пленума ВС РФ № 25.
Если потребуется, Вы можете обратиться ко мне в чат: подготовлю досудебную претензию, заявление в прокуратуру или Роскомнадзор, исковое заявление, а также помогу выстроить правовую позицию и оценить доказательства с учетом конкретных материалов по ситуации. Имею более 20 лет практического опыта юридической работы по вопросам трудовых отношений и защиты прав работников.
Верховный Суд в отношении таких споров указывал следующее:
Таким образом, в описанной вами ситуации эта самая «начальница» и будет ответчиком, поскольку именно она осуществила размещение и распространение этих сведений.
Как видим, распространение у нас тоже есть.
Это в принципе тоже есть: и нецензурные выражения, и оскорбление, и по сути умаление права лица на расторжение трудовых отношений, гарантированное нему Конституцией (свобода труда). Т.е. здесь вполне можно творчески подойти к вопросу и всё описать в иске.
Что касается доказывания, то бремя доказывания распределяется следующим образом:
Т.е. Вашей супруге нужно будет обосновать факт распространения (публикации), плюс порочащий характер.