Здравствуйте, Юлия,
Судебные акты арбитражных судов указаны в ответе Экоцентра.
По делу А40-150032/2023 доводы заявителя сводились к следующему (по существу — это позиция ООО РВБ, отраженная в справке):
kad.arbitr.ru/Document/Pdf/c4a0c68c-2b60-4d2c-b6f0-7952a648a27b/cdff7a30-4f4f-44e1-b206-eed736435a1a/A40-150032-2023_20231004_Reshenija_i_postanovlenija.pdf?isAddStamp=True
Заявитель утверждает:
… в помещениях «Ozon» и «Wildberries» отсутствуют витрины, оборудования для выкладки товаров, торговокассовые аппараты, большую часть помещений занимают склады, не ведутся денежные расчеты с клиентами.
По мнению Заявителя, пункты выдачи занимаются исключительно хранением и выдачей продукции, и наиболее подходящими видами экономической деятельности согласно Общероссийскому классификатору видов экономической деятельности ОК 029-2014 (КДЕС Ред. 2), утвержденного Приказом Росстандарта от 31.01.2014 N 14-ст, являются: 52.10.9 — Хранение и складирование прочих грузов; 52.29 — Деятельность вспомогательная прочая, связанная с перевозками.
Организация пункта выдачи не вступает в договорные отношения с покупателями по поводу купли-продажи товаров. Товар оплачивается покупателем напрямую продавцу, возврат и обмен также осуществляются без участия организации, покупателями оплачиваются только услуги по доставке товара в пункты самовывоза организации и его выдаче. Указанные услуги, заключает Заявитель, нельзя отнести к торговой деятельности, определенной в пункте 2 статьи 413 Налогового кодекса Российской Федерации.
Однако, АС г. Москвы не принял эти доводы и указал следующее:
Несмотря на тот факт, что оплата товара производится в электронном виде различными способами (через мобильное приложением или Интернет-магазин), деятельность указанных компаний является в том числе торговой.
Как указано в решении Московского городского суда от 18.04.2023 по делу № За-4530/2023 (вступило в законную силу): «Являются несостоятельными и доводы административного истца о том, что используемое под размещение пункта выдачи товаров «Wildberries» помещение не может быть отнесено к торговым. Указанная деятельность является деятельностью по продаже товаров потребителям по образцу и подпадает под определение торговой, равно как используемые под хранение товаров помещения являются складами, связанными с торговлей.»
И вывод суда:
деятельность пунктов выдачи заказов подпадает под определение торговой деятельности, в том числе с учетом распространения действия Закона о защите прав потребителей на указанные объекты.
Однако, полагаю, что позиция Экоцентра не правомерна, поскольку позднее в 2025 г. позиция ФНС, Минфина и Минпромторга изменилась.
Это подтверждается следующими актами - <Письмо> ФНС России от 24.02.2025 N КВ-4-21/1845@ «Об основаниях включения в перечень объектов, определяемый в соответствии с пунктом 7 статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации, нежилых помещений, используемых электронными торговыми площадками для размещения пунктов выдачи заказов» (вместе с <Письмом> Минфина России от 19.02.2025 N 03-05-04-01/15665, <Письмом> Минпромторга России от 17.02.2025 N 16490/15):
https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_499534/
На письмо Минпромторга есть ссылка в справке РВБ.
стоит ли смириться или идти в суд?
Полагаю, что судебные перспективы есть.
Так как позиция Экоцентра основана на судебных решениях 2023 г.- 2024 г.
А на данный момент вышеуказанные 3 министерства подтверждают Вашу позицию, о том, что ПВЗ не относятся к торговым объектам (не является «Промтоварным магазином»). Судебная практика регулярно меняется.
Желаю удачи,