Договор возмездного оказания услуг о реализации турпродукта и Глава 51 ГК РФ (Комиссия)

Хочу направить иск в суд. В роспотребнадзор уже направила. Прошу проверить написание иска перед отправкой в суд и примерно определить, каковы шансы на выигрыш. ИСКОВОЕ ЗАЯВЛЕНИЕ о защите прав потребителя, взыскании денежных средств, неустойки, компенсации морального вреда и штрафа 22.10.2025 г. между ФИО (далее – Истец) и ИП ФИО (далее – Ответчик) был заключён договор №2201 на оказание платных образовательных услуг. Стоимость обучения составила 108 000 (Сто восемь тысяч) рублей. Оплата произведена с использованием кредитных средств. Услуги приобретались мной как физическим лицом для личных целей, в связи с чем к спорным правоотношениям подлежит применению Закон РФ «О защите прав потребителей». В день начала обучения — 22.10.2025 г. мной был подписан акт оказанных услуг, в котором указано, что услуги якобы оказаны в объёме 60% стоимости курса. Указанный акт был подписан до фактического оказания услуг, в момент начала обучения, носил формальный характер и не подтвержден фактическим объёмом полученных мной услуг, что подтверждается последующими объективными данными обучающей платформы Ответчика. 14.11.2025 г. Истец в официальной переписке, признаваемой договором юридически значимой, уведомила Ответчика о намерении отказаться от исполнения договора об оказании платных образовательных услуг в связи с неудобным форматом обучения. После указанного уведомления между Истцом и представителями Ответчика состоялась очная встреча, по итогам встречи у Истца сформировалось ошибочное представление об отсутствии права на возврат денежных средств. При этом порядок отказа от договора и возврата денежных средств, предусмотренный ст. 32 Закона РФ «О защите прав потребителей», Истцу разъяснён не был. Несмотря на последующую формальную переписку с Ответчиком, фактически после 14.11.2025 г. Истец услугами Ответчика не пользовалась: офлайн-занятия не посещала, онлайн-материалы не просматривала, что подтверждается данными обучающей платформы Ответчика. Формальная переписка после уведомления об отказе от договора не свидетельствует о возобновлении исполнения договора, поскольку фактическое оказание услуг после 14.11.2025 г. отсутствовало, а доказательства обратного Ответчиком не представлены. Согласно данным обучающей платформы Ответчика, единственное офлайн-посещение истца состоялось 24.10.2025 г., то есть до уведомления об отказе от договора. Фактический объём полученных Истцом онлайн-услуг является незначительным и подтверждается данными обучающей платформы Ответчика: • блок Figma — около 5% из 100% • блок Photoshop — около 11% из 100% • блок Illustrator — около 42% из 100% • блок Corel Draw— 0% из 100% • блок юридические вопросы — 0% из 100% Указанные сведения формируются автоматически системой Ответчика, не могут быть изменены пользователем и подтверждаются скриншотами. В ответе на повторную претензию от 04.02.2026 г. Ответчик указал недостоверные сведения о том, что я якобы продолжала посещать занятия после уведомления об отказе от договора, что не соответствует действительности и опровергается данными их же обучающей платформы, чем нарушены требования ст. 10 Закона РФ «О защите прав потребителей». Несмотря на мои обращения, Ответчик отказал в возврате денежных средств, не предоставил расчёт фактически оказанных услуг и не подтвердил документально фактически понесённые расходы. Договор не содержит информации о стоимости отдельных офлайн-занятий, онлайн-модулей и порядке расчёта удерживаемой суммы при отказе от договора, что нарушает требования ст. 10 Закона РФ «О защите прав потребителей», а условия договора в указанной части в силу ст. 16 Закона РФ «О защите прав потребителей» являются недействительными. В целях досудебного урегулирования спора мной были направлены претензия от 21.01.2026 г. и повторная претензия от 04.02.2026 г., которые в добровольном порядке удовлетворены не были. Согласно ст. 32 Закона РФ «О защите прав потребителей» потребитель вправе отказаться от исполнения договора об оказании услуг в любое время при условии оплаты исполнителю фактически оказанных услуг. Бремя доказывания их объёма и стоимости лежит на Ответчике. В соответствии со ст. 22 Закона РФ «О защите прав потребителей» денежные средства подлежат возврату потребителю в течение 10 дней с момента предъявления соответствующего требования. Указанный срок Ответчиком нарушен. На основании п. 1 ст. 23 Закона РФ «О защите прав потребителей» за нарушение срока возврата денежных средств Ответчик обязан уплатить потребителю неустойку в размере 1% от суммы, подлежащей возврату, за каждый день просрочки. ПРОШУ СУД: 1. Взыскать с ИП ФИО в пользу ФИО денежные средства, уплаченные по договору №2201 от 22.10.2025 г., за вычетом стоимости фактически оказанных услуг, размер которых Ответчиком документально не подтверждён. 2. Взыскать с Ответчика неустойку за нарушение срока возврата денежных средств, рассчитанную исходя из суммы, подлежащей возврату, за период просрочки по день фактического исполнения обязательства. 3. Взыскать компенсацию морального вреда в размере 10 000 (Десять тысяч) рублей. 4. Взыскать штраф в размере 50% от суммы, присуждённой судом в пользу Истца, за неудовлетворение требований потребителя в добровольном порядке в соответствии с п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей». ПРИЛОЖЕНИЯ: 1. Договор №2201 от 22.10.2025 г. 2. Акт оказанных услуг от 22.10.2025 г. 3. Переписка от 14.11.2025 г. 4. Претензия от 21.01.2026 г. 5. Повторная претензия от 04.02.2026 г. 6. Ответы Ответчика. 7. Скриншоты обучающей платформы (проценты прохождения, посещаемость). 8. Платёжные документы.

С 1 октября 2024 года я фактически приступил(а) к работе для ООО «». Моя деятельность заключалась в сопровождении проектов по внедрению 1С. Работа выполнялась на постоянной основе: был установленный график, я подчинялся правилам внутреннего распорядка и указаниям руководителя, получал(а) фиксированные денежные суммы дважды в месяц (фактически, заработную плату). Первоначально трудовой договор оформлен не был. 29 декабря 2024 года между мной и компанией был заключен договор об оказании услуг, где я указан(а) как самозанятый гражданин (Исполнитель). В пункте 1.3 прямо указано, что я «не являюсь работником Заказчика». Договор заключен сроком на 3 месяца — с 1 января по 31 марта 2025 года. По его условиям (п. 8.3) любая из сторон может расторгнуть его, уведомив другую сторону за 3 рабочих дня. Фактически же после 1 января характер моей работы не изменился: я продолжил(а) трудиться в том же режиме, с тем же подчинением и контролем процесса со стороны работодателя. Мои вопросы: Перспективы иска: Каковы реальные шансы в суде признать наши отношения трудовыми с 1 октября 2024 года, учитывая мой статус самозанятого по более позднему договору и его трехмесячный срок? На какие нормы права (ТК РФ, позиции ВС РФ) мне следует опираться? Порядок действий: Какой порядок действий сейчас наиболее эффективен: направление претензии работодателю, обращение в ГИТ или сразу подготовка искового заявления? Что именно требовать в претензии (признания отношений с октября, заключения бессрочного договора, выплат)? Риски «увольнения»: Опасаюсь, что после претензии работодатель воспользуется пунктом 8.3 договора и расторгнет его за 3 дня. Как этот риск минимизировать? Стоит ли мне упреждающе указывать на недействительность этого пункта при трудовом характере отношений? Последствия и выплаты: Если суд удовлетворит иск, на какие конкретно выплаты я могу рассчитывать (зарплата, компенсация за все неиспользованные отпуска за период с октября и т.д.)? Может ли работодатель после признания отношений сразу инициировать мое законное увольнение (например, по сокращению) и как от этого защититься? Срок договора: Является ли 3-месячный срок договора ГПХ дополнительным аргументом в мою пользу, учитывая, что для временных работ по ТК РФ срочный трудовой договор может заключаться на срок до двух месяцев, а моя работа носила постоянный характер?

3 февраля 2026 года мой сын, Громов Эрсан Алексеевич (29.05.2022 г.р.), получил травму в игровой комнате «Kinder» из-за халатности персонала. Мы с мужем оставили Эрсана под присмотром няни, чтобы спокойно заказать еду, рассчитывая на его безопасность и комфорт. Однако, вернувшись через полчаса, мы обнаружили сына в слезах, жалующегося на боль в руке. Самое возмутительное, что сотрудники «Kinder» даже не сочли нужным связаться с нами, родителями, в экстренной ситуации. Я считаю это вопиющим нарушением всех возможных правил и норм. В подобных случаях, когда ребенок плачет и жалуется на боль, персонал обязан немедленно уведомить родителей, чтобы мы могли принять необходимые меры. На мои вопросы о произошедшем сотрудники отвечали уклончиво, утверждая, что «ничего такого не было» и что ребенок «просто сам плакал». Я настояла на просмотре видеозаписи, чтобы разобраться в ситуации. После долгих уговоров мне наконец показали запись, на которой отчетливо видны два тревожных момента: 1. Неправильное обращение с ребенком: Одна из нянь, сидящая в телефоне, тянула моего сына за левую руку, когда он спускался с горки. Руки маленького ребенка очень хрупкие, и такое обращение может привести к серьезным травмам. 2. Отсутствие надлежащего присмотра: Мой сын упал, прыгая на батуте, и сразу же схватился за руку. В этот момент рядом с ним не было ни одной няни, хотя они обязаны постоянно находиться рядом с детьми. Когда я указала на эти моменты, сотрудница заявила, что они «смотрели на быстрой перемотке» и поэтому «не увидели». Никаких извинений или сочувствия со стороны нянь не последовало. Лишь одна из сотрудниц, которая смотрела видео вместе со мной, выразила возмущение поведением нянь и извинилась, предложив не брать плату за посещение. Сразу после инцидента мы вызвали такси и отвезли сына в Республиканскую больницу №1 – Национальный центр медицины, где ему был поставлен диагноз «подвывих головки лучевой кости» и проведено вправление. В подтверждение моих слов прилагаю справку из медицинского учреждения. Убеждена, что травма моего сына произошла вследствие ненадлежащего присмотра и халатности персонала игровой комнаты «Kinder». Действия сотрудников, а именно отсутствие должного присмотра, ненадлежащее обращение с ребенком и сокрытие информации о произошедшем, причинили мне и моему сыну значительные физические и нравственные страдания. Мой ребенок испытал сильную боль и страх, а я, как мать, пережила шок, тревогу и беспокойство за его здоровье. На основании статьи 15 Закона РФ «О защите прав потребителей», а также статьи 151 Гражданского кодекса РФ, требую возмещения морального вреда, причиненного мне и моему сыну в результате некачественного оказания услуг и нарушения требований безопасности. Убеждена, что травма моего сына произошла вследствие ненадлежащего присмотра и халатности персонала игровой комнаты «Kinder». Прошу вас провести тщательную проверку данного заведения, привлечь виновных к ответственности и принять меры для предотвращения подобных инцидентов в будущем. таком ситуации возмещения морального вреда, причиненного мне и моему сыну в результате некачественного оказания услуг и нарушения требований безопасности какую сумму надо требовать?

Добрый день, вопрос по услугам ук в гараже-стоянке с объектами торговли. Первое что интересует, может ли в одном объекте быть разный тариф за обслуживание (гараж одна стоимость за м2, коммерческие помещения другой)? Наша УК говорит что нет. И второй вопрос, имеет ли юридическую силу приложение к договору, в примечании неверно указан номер и дата разрешения на ввод в эксплуатацию объекта (указаны данные совершенно другого жилого дома), на основании этого разрешения расчитан тариф за обслуживание.