Елена, главный риск здесь не в ипотеке покупателя, а в том, что квартиру не указали в деле о банкротстве.
Если это жилищный кооператив и пай полностью оплачен в 2020 году, право собственности на квартиру возникло тогда же: член кооператива, полностью внесший паевой взнос, приобретает право собственности на квартиру (п. 4 ст. 218 ГК РФ), даже если зарегистрировать его удалось только в 2025 году. Значит, к 2024 году квартира уже была имуществом должника, и ее нужно было раскрыть финансовому управляющему и суду.
Единственное жилье при этом, скорее всего, не продали бы: из конкурсной массы исключается имущество, на которое нельзя обратить взыскание по гражданскому процессуальному законодательству (п. 3 ст. 213.25 Закона о банкротстве). Но исключает его финансовый управляющий в процедуре, а не сам должник молчанием.
Чем опасно умолчание. Освобождение от долгов не применяется, если гражданин не предоставил необходимые сведения или дал заведомо недостоверные и это установлено судебным актом в деле о банкротстве (п. 4 ст. 213.28 того же закона). А при сокрытии имущества кредиторы, чьи требования не погашены, вправе просить пересмотреть определение о завершении процедуры и обратить взыскание на это имущество (п. 1 ст. 213.29 того же закона).
Для продажи это значит: пока такой риск не оценен, и продавец, и покупатель с ипотекой идут в сделку вслепую. Нужно сначала посмотреть, что именно было в деле: опись имущества, отчет управляющего и определение о завершении.
Пришлите определение о завершении банкротства и справку о выплате пая, посмотрю, упоминалась ли квартира в деле и насколько реален риск для сделки.
