Добрый день!
Прошу Прочитать определение кассационного суда и дать ему оценку. На мой взгляд понятие "право" перевернуто с ног на голову. 21 статья ГК РФ, п. 40 постановления Пленума ВС РФ от 29.05.2012г. № 9 указали, а потом про них просто забыли.
На мой взгляд понятие «право» перевернуто с ног на голову. 21 статья ГК РФ, п. 40 постановления Пленума ВС РФ от 29.05.2012г. № 9 указали, а потом про них просто забыли.
Добрый вечер!
В любом случае данное определение можно обжаловать в ВС РФ.
Далее продолжу после изучения.
Здравствуйте.
Действительно, определение суда кассационной инстанции по Вашему делу очень спорное.
В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29 мая 2012 г. N 9 «О судебной практике по делам о наследовании» отдельно указано, что (п. 40)
а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (статья 205 ГК РФ), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.;
суд же в качестве уважительной причины восстановления срока прямо указывает на юридическую неграммотность истца (что по сути и является незнанием норм, регулирующих порядок и сроки признания наследства).
Кроме того, в действительности ей ничего не мешало подать заявление о принятии наследства до подачи иска об установлении факта признания отцовства, поскольку нотариус не имеет права требовать документы, подтверждающие родство при принятии заявления. Подать заявление о принятии наследство может любое лицо, считающее себя наследником, и нотариус в соответствии с правилами делопроизводства обязан это заявление принять и приобщить к наследственному делу.
И после этого она могла бы идти в суд и устанавливать отцовство наследодателя в отношее нее.
Здесь же она выбрала неверный способ защиты права, поскольку она могла принять наследство, подав заявление нотариусу как того требует ГК, а впоследствии уже доказывать правовые основания для выдачи ей свидетельства о праве на наследство.
Вам дальше стоит подать кассационную жалобу в Верховный суд РФ.
Идти сразу в ВС РФ, или пройти очередной круг — апелляция, кассация и затем ВС РФ.
Нет, сейчас стоит сразу подавать в ВС, поскольку теперь с вероятностью 99.9% суд апелляционной инстанции удовлетворит иск, поскольку он обязан придерживаться выводов и указаний кассационного суда.
Если же ВС РФ не примет жалобу к производству, то дело все равно вернется но новый круг, там Вы сможете заявлять свои доводы, после чего опять обжаловать судебный акт вплоть до ВС РФ.
Я правильно Вас понял, что если ВС РФ не принимает жалобу, то все возвращается к стадии апелляции, а не заканчивается не в мою пользу?
Да, правильно. Если ВС РФ не примет жалобу к производству, то дело пойдет в апелляционный суд как постановил КСОЮ и там будет рассматриваться повторно.
Здравствуйте, Роман! Ознакомилась с судебным актом.
Кассационный суд правильно сослался на пункт 40 Постановления Пленума ВС РФ от 29.05.2012 № 9, но истолковал его весьма расширительно.
Требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности следующих обстоятельств:
а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (статья 205 ГК РФ), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.;
б) обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока. Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства
www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_130453/25fb86bfb43d1e8cf709dd5b091363d03e23c74c/
В этом пункте прямо указано, что незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства уважительной причиной не является.
Под «неграмотностью» в смысле статьи 205 ГК РФ обычно понимается объективная неспособность лица самостоятельно реализовать свои права ввиду отсутствия элементарных навыков чтения, письма и понимания документов,а не отсутствие юридического образования или получение ошибочной консультации.
www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_5142/4785c3b6780c066f41199fc80d99ddc3507c5513/
Федотовой на момент открытия наследства было 19 лет.
Согласно пункту 1 статьи 21 ГК РФ гражданская дееспособность в полном объеме возникает с наступлением совершеннолетия, то есть с восемнадцати лет.
www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_5142/9e6e097ccc381775641f6a57435aa14a854c504c/
Поэтому действия ее матери сами по себе не заменяли обращение совершеннолетней наследницы к нотариусу или в суд.
Отсутствие документа об отцовстве также не препятствовало подаче нотариусу заявления о принятии наследства.
Подтверждение родства могло быть представлено позднее либо вопрос мог разрешаться в судебном порядке.
Особое значение имеет и второй срок, предусмотренный пунктом 1 статьи 1155 ГК РФ:
наследник обязан обратиться в суд в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска основного срока.
1. По заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства (статья 1154), суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам и при условии, что наследник, пропустивший срок, установленный для принятия наследства, обратился в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали
www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_34154/e88ff3327fb40e20306d67842dcfafbe22e5de9c/
Согласно пункту 40 Постановления Пленума ВС РФ № 9 этот срок восстановлению не подлежит.
Поэтому при новом рассмотрении апелляция должна установить, когда именно отпало предполагаемое препятствие, а также можно ли считать заявленное в октябре 2024 года требование о признании права собственности фактическим требованием о восстановлении срока.
Формальное добавление ссылки на статью 1155 ГК РФ - само по себе не всегда определяет момент судебной защиты, поскольку суд оценивает содержание требования, а не только его название.
Нарушения статьи 379.6 ГПК РФ в части пределов кассационной проверки я не вижу.
Кассация рассматривала только обжалованную часть апелляционного определения и прямо отказалась проверять установленный факт признания отцовства, поскольку эта часть не обжаловалась.
www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_39570/5092a625cf0f0adae290f57276978fad3cbafbeb/
Это соответствует частям 1 и 2 статьи 379.6 ГПК РФ.
По статье 379.7 ГПК РФ кассационный суд вправе отменить судебный акт при неправильном применении материального права или несоответствии выводов установленным обстоятельствам.
www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_39570/40dd76b57a8326ebe820230779590c0f52f245a8/
При этом слабое место определения заключается в другом — суд фактически приравнял «юридическую неграмотность» и ненадлежащую консультацию к уважительным причинам, хотя пункт 40 Постановления Пленума ВС РФ № 9 говорит об обратном.
Статья 21 ГК РФ кассацией действительно названа не была, однако сама по себе полная дееспособность не исключает уважительной причины.
Она лишь означает, что такую причину должна доказать сама совершеннолетняя истец.
Возраст 19 лет, активность матери и ошибочный юридический совет автоматически уважительную причину не образуют.
То есть — отмена апелляционного определения процессуально допустима, но правовое обоснование кассации спорное :)
Кассация направила дело на новое апелляционное рассмотрение.
Апелляции теперь предстоит проверить наличие именно объективного препятствия, действовавшего на протяжении всего шестимесячного срока, а также соблюдение дополнительного шестимесячного срока по статье 1155 ГК РФ.
Без таких доказательств оснований для восстановления срока по приведенным нормам нет.
С уважением.
Роман, добрый день!
Я внимательно изучил определение кассационного суда. В целом могу сказать, что оно выглядит достаточно мотивированным, однако в нем действительно есть момент, который заслуживает внимания и может стать предметом дальнейшего обжалования.
Кассационный суд не согласился с выводами апелляции и отменил отказ в восстановлении срока, направив дело на новое рассмотрение. То есть итоговый результат для истицы оказался положительным — апелляционное определение отменено именно потому, что апелляция слишком формально подошла к оценке обстоятельств.
При этом обращает на себя внимание следующее.
Апелляционный суд строил свою позицию на том, что истице исполнилось 19 лет, она знала, кто является ее отцом, следовательно, могла самостоятельно обратиться к нотариусу и в суд. Именно здесь логично было бы дать оценку ст. 21 ГК РФ, которая говорит лишь о возникновении полной гражданской дееспособности с 18 лет. Однако полная дееспособность сама по себе не означает отсутствие уважительных причин пропуска срока и не создает презумпции юридической осведомленности гражданина.
Кассационный суд фактически это понял, но пошел другим путем.
Вместо того чтобы прямо указать, что ссылка апелляции на совершеннолетие противоречит смыслу ст. 21 ГК РФ, кассация сосредоточилась на том, что:
мать истицы начала оформлять родственные отношения еще в пределах шестимесячного срока;
сама истица после оставления первого заявления без рассмотрения достаточно быстро обратилась с иском;
последующее заявление о восстановлении срока было подано позже в связи с развитием судебного процесса;
апелляция не исследовала совокупность обстоятельств, а ограничилась формальным выводом.
Особенно показателен последний абзац определения, где кассационный суд пишет, что выводы апелляции являются формальными и не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. По сути, именно этим кассация и опровергла довод о том, что совершеннолетие автоматически исключает возможность восстановления срока.
Что касается п. 40 Постановления Пленума ВС РФ № 9, кассационный суд его процитировал и даже привел перечень уважительных причин. Однако затем не дал самостоятельной оценки тому, относятся ли обстоятельства истицы к таким причинам, а лишь указал, что апелляция недостаточно исследовала фактические обстоятельства. То есть кассация не разрешила вопрос по существу, а вернула его на новое рассмотрение.
Можно ли говорить, что суд “забыл” про ст. 21 ГК РФ?
Скорее нет.
Правильнее сказать, что суд не дал ей самостоятельной правовой оценки. Это разные вещи.
Статья 21 ГК РФ вообще не регулирует вопросы восстановления срока принятия наследства. Она определяет момент возникновения полной гражданской дееспособности. Поэтому сама по себе она не отвечает на вопрос, имеются ли уважительные причины пропуска срока.
Если же апелляция фактически исходила из логики:
“Исполнилось 18 лет — значит, обязана знать закон и самостоятельно защищать свои права”,
то такой вывод действительно вызывает сомнения, поскольку законодательство не устанавливает презумпции юридической грамотности совершеннолетнего гражданина.
На мой взгляд, наиболее уязвимое место определения кассационного суда заключается не в отсутствии анализа ст. 21 ГК РФ, а в том, что суд, процитировав п. 40 Постановления Пленума № 9, не разъяснил, почему именно действия матери, юридическая неграмотность и последовательное обращение в суд могут быть признаны обстоятельствами, требующими новой оценки, ограничившись выводом о формальном подходе апелляции.
Если цель состоит в подготовке жалобы в Верховный Суд РФ, то акцент я бы делал не на том, что кассация не упомянула ст. 21 ГК РФ, а на том, что она не дала оценки ключевому правовому вопросу: означает ли наличие полной гражданской дееспособности автоматическое отсутствие уважительных причин для восстановления срока принятия наследства. Именно этот вопрос имеет значение для формирования единообразной судебной практики.
На мой взгляд, кассационный суд не считает формальным сам факт того, что родственные отношения были оформлены уже после смерти наследодателя. Само по себе это не является ни уважительной, ни неуважительной причиной пропуска срока.
Кассация оценила не момент установления отцовства, а совокупность поведения истицы и ее матери после открытия наследства.
Суд обратил внимание, что мать в пределах шестимесячного срока уже предпринимала действия по установлению факта признания отцовства, затем после оставления заявления без рассмотрения истица достаточно оперативно обратилась с иском, а требование о восстановлении срока появилось как продолжение уже начатого процесса оформления наследственных прав.
Иными словами, кассация исходит из того, что нельзя рассматривать эти действия изолированно друг от друга. Именно поэтому она сочла вывод апелляции чрезмерно формальным.
При этом кассационный суд не сделал вывод, что оформление родственных отношений после смерти наследодателя само по себе является уважительной причиной пропуска срока. Он лишь указал, что апелляционный суд не исследовал все обстоятельства в их взаимосвязи и преждевременно отказал в иске.
Поэтому вопрос о том, являются ли эти обстоятельства уважительными причинами в смысле п. 40 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 9, кассация фактически оставила для нового рассмотрения судом апелляционной инстанции.
На мой взгляд, именно в этом и заключается смысл определения: кассация не сформировала новое правило права, а указала, что оценка обстоятельств должна быть полной, а не сводиться к одному лишь достижению истицей совершеннолетия.
Здравствуйте.
Могу согласиться с Вами.
Суд кассационной инстанции, приводя положения ст.1155 ГК РФ и п.40 ППВС №9 от 29.05.2012 г, к обстоятельствам дела применил их неверно, поскольку указанные в качестве уважительных причин обращение в суд матери и не обращение с соответствующими требованиями самой истицы, обладавшей на тот период полной гражданской правоспособностью таковыми не являлись.
К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (статья 205 ГК РФ), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом.
Ничто не мешало как направить заявление о принятии наследства непосредственно нотариусу в установленный законом срок. Да и рассмотрение вышестоящими судами жалоб другой стороны не препятствует подаче процессуальных документов потенциальному наследнику в принятии наследства, причем не так уже и важен результат таких процессуальных обращений, поскольку важно совершение самих действий наследником, направленных на принятие.
Оснований, указанных в ст.379.7 ГПК РФ для отмены апелляционного определения у суда кассационной инстанции не имелось.
В свою очередь, суд апелляционной инстанции верно истолковал обстоятельства применительно к нормам права, подлежащим применению, в том числе то, что обращение в суд со стороны матери не имело значения по делу.
Согласно ст.390.14 ГПК РФ существенные нарушения норм материального права, повлиявшие на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, являются основаниями для отмены обсуждаемого определения кассационного суда.
С уважением
Кассационное определение изучил, в корне с ним не согласен, полностью поддерживаю Вашу точку зрения в плане неверного толкования п. 40 постановления Пленума ВС РФ от 29.05.2012г. № 9, и уж точно с момента совершеннолетия именно дочь должна была обращаться в суд, а не мать, и действия матери в защиту интересов совершеннолетней дочери никак нельзя расценивать как основания для восстановления срока принятия наследства дочерью.
И никогда юридическая безграмотность и неправильная консультация юристов не являлись основанием восстановления срока принятия наследства (по крайней мере, я за свою долгую юридическую практику — 40 лет) такого не встречал.
Далее продолжу.