Как видим, в диспозиция ч.3.1 ст.258.1 УК РФ преступным деянием названы только такие деяния ка "приобретение и
Я обвинен по ч.3.1 ст.258.1 УК РФ
В тексте обвинения указано что я совершил – цитирую дословно-
«……незаконное приобретение, хранение, перевозку и продажу дериватов (производных) особо ценных водных биологических ресурсов, принадлежащих к видам, занесенных в Красную Книгу РФ и охраняемых международными договорами РФ…» и далее по тексту.
Диспозиция статьи ч.3.1 ст.258.1 УК РФ, по которой я обвинен, гласит иначе, а именно
-Незаконные приобретение или продажа особо ценных диких животных и водных биологических ресурсов, принадлежащих к видам, занесенным в Красную книгу Российской Федерации и (или) охраняемым международными договорами Российской Федерации, их частей и дериватов (производных) с использованием средств массовой информации либо электронных или информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети "Интернет", - конец цитаты из уголовного кодекса.
Как видим, в диспозиция ч.3.1 ст.258.1 УК РФ преступным деянием названы только такие деяния ка «приобретение и продажа», а такие деяния как «хранение, перевозка» не указаны и отсутствуют
Таким образом, названы преступными и мне вменены деяния «хранение, перевозка», которые преступлением по данной статье не являются и в диспозиции вмененной статьи не указаны.
Это нарушает мои права, так как мне не понятно- защищаться мне от действий в виде «хранения, перевозка» или нет. Нарушение права обвиняемого на защиту выразилось в виде неточного указания следователем в обвинительном заключении диспозиции закона, домысливания и самовольном расширении текста закона, лишения меня возможности определить объем обвинения, от которого я обязан защищаться.
Вопрос: может ли вышеуказанный факт (несоответствие фабулы обвинения диспозиции закона) быть основанием для возврата дела прокурору? В каком законе прописано что текст обвинения должен соответствовать диспозиции закона и не превышать объем, прописанный в диспозиции закона? Очень прошу ссылки на закон, на ПП ВС, на правоприменительную практику.
Согласно разъяснениям Верховного Суда РФ, данным в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 N 55 «О судебном приговоре» суд в приговоре должен дать описание преступного деяния именно так, как оно было установлено судом, а не следователем, и если суд установит, что следователь вменил какие-то лишние объективные действия, то в описательной части приговора он их не указывает, а в мотивировочной части приговора указывает об исключении из обвинения этих объективных действий, не образующих состав преступления.