Могу ли я выписать семью из Узбекистана без их участия в этой процедуре?

До 2014 года я работал на стройке в Краснодаре с узбеками и ответчиком Равшаном (по национальности татарин, родившийся и проживающий в Узбекистане). В процессе продолжительного общения Равшан узнал, что я оказываю финансовою помощь девушке, которая получает второе высшее образование во Владивостоке (очень положительно отношусь к учёбе молодых людей).

На этом Равшан и "сыграл": начал жаловаться, что в узбекистане его дочь не может поступить в медицинский институт, испытывает моральное и физическое давление по национальной принадлежности со стороны коренного населения, в тоже время был сильно озабочен получением гражданства в Российской Федерации.

В марте 2014 года я переехал в сельскую местность по месту прописки к пожилому и больному отцу (ныне покойный). Равшан часто звонил мне, был обеспокоен здоровьем отца, дружески интересовался успехами по работе и в семье.

В апреле 2017 года Равшан после множества приветствий и пожеланий, искренне попросил временно зарегестрировать свою супругу приезжающую из Узбекистана - я согласился. Отпросился с работы на пол дня, Сайфуллин Равшан со своей супругой Валиевой Адель приехали за два часа до закрытия паспортного стола, везде очередь, шум, толкотня и беготня, мы заняли две очереди, везде надо не опоздать. Заполнили бланки, дождались очереди, зашли в кабинет, подали документы сотруднику. В процессе работы служащая паспортного стола уточнила срок регистрации. Супруга Равшана, моментально ответила - "прописка постоянная". Я хотел было возразить, но вспомнив, какие гонения они испытывают в Узбекистане и что их дочь хочет, но не может учится в медицинском институте, промолчал. Они тут-же уехали в Краснодар, а я продолжил сеять рис (работал в это время в сельском хозяйстве). После этого дружеские звонки прекратились на три месяца.

В конце июля позвонил "друг" Равшан с массой извинений о столь долгом молчании, поинтересовался о моей жизни, посочувствовал о смерти отца и выразил глубокое соболезнование. Я к этому времени переехал в Краснодар и устроился на работу, так как в городе возможностей больше и заработная плата гораздо выше, чем в сельской местности. Потом был трагический звонок, якобы его дочь переходила дорогу и попала под машину. Я посочувствовал и порекомендовал обратиться в полицию, но дочь гос. номер не заметила, марку автомобиля не различила, да и вообще лечится дома, потому что местным врачам Равшан и Адель не доверяют. Потом ещё был звонок с искренней просьбой зарегистрировать и его, так как времени у них для получения гражданства Российской Федерации, осталось крайне мало и в сентябре начинается учебный год в ВУЗе.

На следующий день, в спешном порядке, мы в двоём едем в Красноармейский УФМС и делаем временную регистрацию на три года. Когда после регистрации я попросил посмотреть его регистрационные бумаги и паспорт, то меня впервые насторожило то обстоятельство, что Равшан всякими способами пытался мне их не показывать, но у меня хватило мужества у "замечательного друга проверить документы и переписать все данные".

Мои сомнения в том, что я прописал и зарегестрировал семью мотёрых мошенников рассеялись; 1) когда узнал, что Валиева Адель без моего ведома прописала и свою не совершеннолетнюю дочь, которой до медицинского института очень далеко, как по возрасту, так и по интеллекту, 2) когда стало известно, что Равшан вместо того чтобы зарабатывать приличные деньги на стройках Краснодара, как подавляющее большинство его соотечественников, планирует в ближайшее время устроится продавцом китайского ширпотреба на Вишняковский вещевой рынок города Краснодара.

В интересах Российской Федерации, в своих собственных интересах, хочу выписать этих мошенников.