Уголовно процессуальное право
В «Губернских очерках» М.Е. Салтыкова-Щедрина встречаем откровения судьи: «Но я вам сказал уже, что следственной части не люблю по той причине, что тут живой материал есть. То ли дело судейская часть! Тут имеешь дело только с бумагою; сидишь себе в кабинете и действуешь согласно с здравою логикой и строгою законностью. Если силлогизм построен правильно, если все нужные посылки сделаны – значит, и дело правильное, значит никто в мире кассировать меня не в силах.
Я не вхожу в свою совесть, я не советуюсь с моими личными убеждениями; я смотрю на то только, соблюдены ли все формальности, и в этом отношении строг до педантизма. Если есть у меня в руках два свидетельских показания, надлежащим порядком оформленные, я доволен и пишу: есть, если их нет – я тоже доволен и пишу: нет. Какое мне дело до того, совершено ли преступление в действительности, или нет! Я хочу знать, доказано ли оно, или не доказано – и больше ничего».
Какой теоретической концепции в области доказательственного права придерживается судья? Дайте оценку высказываниям судьи с позиции современного российского уголовно-процессуального законодательства и законодательства других государств.
