Здравствуйте, Сергей!
Простите, не найду того вопроса, о котором вы говорите.
Прецедентом для продажи единственного жилья послужило дело А40-67517/2017, в котором конфликт между ответчиком и его кредитором длится почти 10 лет. Суды в 2010-2011 годах признали наличие долга на сумму более 8 млн рублей, но должник передал квартиру своей жене по соглашению о разделе имущества, та же подарила ее дочери. Затем, суды признали эти сделки недействительными и вернули спорное жилье, стоимость которого составляет около 28 млн рублей, в единоличную собственность должника.
т.е., при добросовестности кредитора, он должен был сам продать свою квартиру и погасить долг, и денег еще хватило бы на покупку более меньшей квартиры.
В ходе судебного заседания в Верховном суде, представители кредитора обращали внимание судей на то, что суды общей юрисдикции констатировали в действиях должника признаки недобросовестности и злоупотребления. По мнению представителей истца, само банкротство было инициировано, чтобы применить статью 446 ГПК РФ об имущественном иммунитете.
Российское законодательство не перестало защищать владельцев единственного жилья. Отобрать его за долги, если нет каких-то особых обстоятельств, можно только в том случае, если жилье ипотечное — то есть должник изначально дает согласие на залог и отвечает этой недвижимостью по своим обязательствам перед банком. И то, жилье может быть изъято с предоставлением должнику взамен более скромной квартиры или дома – по социальным нормам.
Пока квартира под залогом, она не собственности. В любой момент, в случае просрочки погашения кредита, на нее может быть обращено взыскание. Банки только этого и ждут.
С уважением, Анастасия