Как рассчитать моральный ущерб и оспорить установленный средний вред здоровью?

Три месяца назад соседского мальчика покусала собака черного цвета. Отец мальчика обвинил нас, нашу собаку. Приехали мэрия, городской приют, ветслужба, МВД, СК. Забрали наших собак редкой породы (тувинская овчарка). Супруга сразу же стала указывать на то, что на наших собак нет крови, при свидетелях многократно требовали сразу же провести экспертизу. Так как дело было зимой и снег был свежий, то видны были все следы, на нашем дворе и в прилегающей к дому территории не было ни единой капли крови, в то время как на месте происшествия (около 30 метров от нас) было много крови. СК возбудил уголовное дело по статье 118 ч1. Наших собак сразу же забрали. После этого, когда в служебной машине, супруга давала объяснение участковому и инспектору ПДН, на место происшествия пришла черная собака, похожая на нашу, но предположительно помесь банхара и мастифа. Участковый снял на видео данную собаку. В последующие дни она стала приходить каждый день к месту происшествия, не пускала другую нашу соседку домой. В день происшествия другой свидетель видел окровавленную собаку похожую на нас. Следователь не провел осмотр места происшествия и наш двор, не изъял окровавленную куртку ребенка, где могли бы быть биологические материалы собаки кусавшей ребенка. В результате, после 2х недель, другая собака, которая подозревается в нападении была поймана и помещена в приют. Когда с нее взяли образцы шерсти и ногтей, то оказалось, что на ногтях есть кровь. Но судмедэкспертиза написала, что образцов недостаточно для определения чья это кровь, человека или животного и тем более опредления ДНК. ТА ЖЕ СУДМЕДЭКСПЕРТИЗА НАПИСАЛА ЗАКЛЮЧЕНИЕ, ЧТО У РЕБЕНКА РАНЫ СРЕДНЕЙ тяжести!!! По идее уголовное дело должны прекращать, потому что 118 только по тяжкому вреду. Но дело не прекращают, потому что отец мальчика заявляет что якобы видел нашу собаку. Сделали очную ставку, ответы у него путанные, и после вопросов о крови на собаке перестал отвечать на вопросы вообще и отказался в дальнейшем участвовать в очной ставке. Это зафиксировано в протоколе. Паралельно они подали иск по гражданскому делу на выплату морального и материального ущерба на сумму 12 миллионов рублей. Суд запросил у СК материалы уголовного дела, но СК предоставил лишь частично. Дали толко показания отца мальчика и наши показания и протокол очной ставки (без фотографий собак, которых отец опозновал там). Другие материалы, как показания участкового, инспектора ПДН, видеозаписи многочисленные, а также показания других свидетелей и результаты судмедэкспертизы представлены не были. Мы также заказали кинологическую экспертизу и специалисты кинологи обследовали собак. Заключение наша собака НЕ АГРЕССИВНА!!! В рамках теста ее раздражали, создавали условия для агрессии, даже мягко били метлой по лицу собаки. В рамках теста ее вывели на детскую площадку, где наша собака вообще не реагировала на детей. Собака помеси банхара и тибета, при первом же тесте показала агрессию и чуть не укусила руку инструктора-кинолога проводившего тест. То есть заключение эксперта говорит наша собака не агрессивна, а другая без хозяина (возможно он есть но его не искали) агрессивна. Также приют выдал справку характеристику что наша собака за время пребывания в приюте не вела себя агрессивно. Но несмотря на это, дело против нас не прекращают!!!

С бывшим супругом прожили в течение 5 лет, двое общих детей и он установил отцовство над моей старшей дочерью, но позже выяснилось, это сделал лишь для того, чтобы получить выплату на погашение ипотеки как за третьего ребенка а также для получения детских пособий. После приостановления выплат , бывший муж неоднократно мне говорит чтобы я убирала его фамилию со своей дочери, как отец, он никаких родительских обязанностей по отношению к ней не исполняет , алименты не платит. Очень обидно за дочь, она родного отца не знает, называет бывшего мужа папой и любит как родного отца. Можно ли привлечь бывшего супруга к ответственности за то, что он с помощью установления отцовства получил положенные ему выплаты , а после ребенок ему стал не нужен.