Как избежать незаконного привлечения по уголовному делу?

Год назад сына (24) задержали с парнем, при котором нашли 11 пакетов наркотиков. Взяли анализы – сын чист. К наркотикам не прикасался, а был просто в компании этого парня. По своим каким-то причинам, сына закрыли на 7 суток с формулировкой «матерился в 2 часа ночи у здания увд, на замечания не реагировал», хотя он был в это время в обезьяннике. После 7-суточного ареста стали вызывать на допросы, где использовали свои методы - неожиданное появление опера с криками – «Мы тебя давно пасли, знаем, что ты причастен, ты получал за это деньги». Позднее стали ковыряться в телефоне, который, к слову, просто забрали, не составляя никакого протокола изъятия, никаких бумаг на руки про телефон не давали. Там главным стала переписка между виновным парнем и моим сыном. Зная содержание переписки, сын с уверенностью говорит, что нет в ней ничего, что могло бы указывать на его причастность. Да, он знал, чем занимается этот парень, и даже давал совет не обсуждать эти дела в переписке. Все это время, сын был в качестве свидетеля. Прошел год, и мы узнаем, что главного фигуранта, который, кстати, всегда отрицал причастность сына, признают невменяемым в силу болезни. В его отношении проходит суд, его закрывают в психушке. С его слов, примерно на пару месяцев. То есть, все его показания теперь не имеют силы. Но посадить то кого-то надо. Поэтому уголовное дело заводят на моего ребенка и единственное, что предъявляют, это какая-то переписка.

Вопрос: Каким образом следователь докажет, что переписка в телефоне принадлежит сыну? То есть, неужели достаточно просто распечатать и на словах сказать, что это его? Мы переписку не видели, сына пока не вызывали, но это скоро случится. Может ли следствие чисто теоретически вписать в эту переписку то, что им хочется? И как доказать обратное? Кроме переписки ничего они больше предъявить не могут. Так же, как нет ничего, доказывающего получение каких-либо денег. Могу ли я быть свидетелем, чтобы вставить свое слово? Я свидетель того, как мой сын, у которого диагноз «расстройство личности», годами сидел дома и не выходил вообще.