Как и когда вступать в наследство, если я не приоритетный наследник?

Здравствуйте! Моя мама умерла по вине врачей в июне 2025 года, экспертиза от страховой компании выявила ряд нарушений в больнице, из-за неоказания некачественной, несвоевременной мед.помощи обратившейся пациентке, в результате этого случился инсульт с последующим летальным исходом с разницей в неделю. Также в документе приводится ссылка на пп. 209-211 Правил ОМС(утв. Приказом МЗ РФ от 21.08.2025 496н), является основанием применения финансовых санкций к случаю оказания мед.помощи пациентке. Я так понимаю, что обращаясь в суд первой инстанции, я должна подать исковое заявление. Но мне не совсем понятно какое выбрать из списка для оплаты госпошлины? Их порядка 20 форм, есть просто исковое заявление(госпошлина высокая, если я укажу 2млн.р компенсации). Я должна пошлину сразу и сама оплачивать? Есть заявление на отдельные случаи и т.д, там другие суммы госпошлин... Какое заявление в моем случае подавать, как правильно выбрать и не переплатить госпошлину. Если от 2500 млн, примерно 50 т госпошлины, при обычном иск.заявлении, я сразу плачу её и мне эти деньги никто не вернет, и в случае отказа в том числе? Если решение будет положительным, виновная сторона оплатит госпошлину, должна ли я это указывать в заявлении? Может быть есть еще дополнительные законы, которые я могу добавить в заявление, регулируюшие мое право на выплату? Внуки остались без бабушки, она находилась в состоянии глубокой инвалидности уже на 3 сутки после обширного инсульта (первый раз в жизни! ), боли списаны были на остехондроз, узи не сделали... и в таком состоянии пробыла ещё неделю. Хочется добиться максимально справедливого решения!

Можно ли по договору дарения передать паи? При этом эти паи еще на лс наследодателя и не вступили в права. Каким законом это регулируется ? Что нельзя распоряжаться паями , если не вступили в наследство

Муж на сво, сейчас в отпуске хочет подать на развод, ребенку 1 год, я подала на алименты. Он сказал что может подать документы что он на сво (в зоне боевых действий)и он не будет платить алименты, но начисления будет и когда он вернется с сво и только тогда его обяжут платить. Это так?

Уважаемые эксперты, банкиры и все, кто знаком с магией бюрократических лабиринтов! Бросаю клич о помощи, ибо, кажется, мой банковский счет в ВТБ решил стать отшельником — его арестовал суд, и он ушел в глубокую медитацию, несмотря на то, что все долги были погашены почти ТРИ ГОДА НАЗАД. История моих мытарств уже тянет на сериал с элементами абсурдной комедии и щепоткой отчаяния. Представьте себе: вы честно закрываете все обязательства, вздыхаете с облегчением и строите планы. А потом оказывается, что где-то в цифровых чертогах затерялась бумажка, и ваша финансовая репутация взята в призрачный заложники. Это не просто неудобство — это чувство беспомощности, когда ты делаешь всё правильно, а система смотрит на тебя стеклянными глазами и беззвучно шепчет: «А мы тебя не знаем». Мой квест начался, как и полагается, в офисе ВТБ. Мне мило предложили побеспокоить судебных приставов. Что ж, я отправилась. И о чудо! Там меня встретила приятная девушка, которая, казалось, искренне хотела помочь. Она перерыла все архивы и сообщила потрясающую новость: этого дела у них НЕТ. Никакого. Ноль. Её совет звучал как луч надежды: «Обратитесь в мировой суд № 70». Надежда, как выяснилось, была короткой. Суд встретил меня не дружелюбием, а стеной холодного, почти презрительного нежелания вникать. После обмена не слишком любезными репликами о правовой безграмотности (спасибо за комплимент!) и рекомендаций нанять юриста, чтобы он «меня научил», я всё же выцарапала из-за этой стены крупицу информации. Оказалось, я могу получить копию заочного решения. Но радость длилась ровно до следующей фразы: «Суд не даёт разъяснений. К юристам». Круг замкнулся. Я, наученная горьким опытом, обратилась к юристу. Мы скрупулёзно составили исковое заявление. С этим документом, полная робкой уверенности, я снова постучалась в двери суда. Ответ был предсказуемым и сокрушительным: «Всё сделано неверно. Обращайтесь к юристам. Мы не помогаем». Это был момент, когда земля уходит из-под ног. Ты следуешь правилам, которые тебе же и навязывают, а тебе в ответ — безразличный взгляд и указание на дверь. Возвращение в банк ВТБ стало актом отчаяния. Сотрудница, выслушав мою сагу, пообещала подать заявку на «отсмотр ошибки в системе», взяла номер и пообещала перезвонить. Я уехала в другой город на учёбу, месяц жила в томительном ожидании. Тишина. Звонок в службу поддержки раскрыл новую граню абсурда: «От вас, как от клиента, никаких заявок не поступало». Чувствуете этот леденящий парадокс? Тебя словно стирают из реальности, твоя проблема — призрак, о котором никто не помнит. Последняя ниточка — микрофинансовая организация, связь с которой лишь через бездонную пучину электронной почты. Они обещали рассмотреть обращение за 10 дней. Я жду, но сердце сжимается от тревоги. Потому что за этой бюрократической чехардой — моя ЖИЗНЬ. Арест счета — это не просто строчка в базе данных. Это клеймо. Это отказ за отказом в кредитах, когда ты отчаянно пытаешься выплыть. Это горькая ирония: из-за этого ареста мне не одобряют кредиты, было бы спасение — кредит в 500 000 рублей на 5 лет, который позволил бы разом погасить эти душащие долгосрочные ежемесячные займы, которые тянут каждый месяц по 30 000 рублей и наконец-то выдохнуть. Я в долговой яме, во многом потому, что моя зарплата не тянет обычную жизнь, а путь к финансовой реабилитации заблокирован призраком давно уплаченного долга. Дорогие юристы, я обращаюсь к вам не только за советом, но и с криком души. Как разорвать этот порочный круг, где каждый отправляет тебя к следующему, а ответственность растворяется в воздухе? Куда идти, когда и банк, и суд, и приставы говорят, что это «не их»? Как достучаться до системы, которая, кажется, забыла, что за её процессами стоят живые люди с их болью, страхами и надеждой на справедливость? Моя история — это история одного человека, но, боюсь, в ней, как в кривом зеркале, отражаются тысячи подобных. Помогите, пожалуйста, найти тот самый рычаг, тот волшебный пароль или ту инстанцию, которая скажет не «идите к другим», а «мы это исправим». Я верю, что где-то есть выход из этого лабиринта равнодушия. Осталось только его найти.